Князь Олег
годы [882][883][884][885][902][903-906][911]

(назад) Год 882. Собрал Олег множество воинов: варягов, чудь, мерю, весь, новгородцев, кривичей, что были подвластны Рюрику, и пошел сначала на кривичей смоленских. Взял Смоленск, посадил своих правителей.
        Потом двинулся дальше вниз по Днепру, в землю северян. Взял Любеч и тут посадил своих правителей. 
        Подплыл Олег к горам киевским. Знал Олег, что силою нелегко будет взять этот город: княжили там Аскольд и Дир, опытные вожди, да и дружина была у них храбрая, бывалая. 
        Пустился Олег на хитрости. Он оставил свое войско позади, а сам с несколькими лодками подплыл к Киеву, остановился неподалеку от города и послал сказать Аскольду и Диру, что их земляки, купцы варяжские, едут в Грецию, хотят повидаться с ними и просят их прийти к лодкам. Аскольд и Дир, не подозревая никакой хитрости, одни вышли на берег. Тогда воины, спрятанные в лодках, выскочили и окружили Аскольда и Дира. 
       “Вы не князья и не княжеского рода, — сказал им Олег и прибавил, указывая на Игоря: — А вот сын Рюрика”. 
        По знаку Олега воины его бросились на Аскольда и Дира и убили их. Место их погребения на горе на берегу Днепра у Киева и поныне называется Аскольдовой могилой.
        Киевляне, оставшиеся без князей и застигнутые врасплох, подчинились Олегу. Полюбился ему Киев, назвал он его матерью городов русских, и стал Киев с этого времени главным русским городом.
        Чтобы утвердить свою власть, Олег начал строить новые города в покоренной области, как Рюрик прежде устраивал их на севере. Города эти раздавал он своим дружинникам и устанавливал размер дани, какую должны давать покоренные племена. 

        Не сиделось Олегу спокойно в Киеве. Каждый год, лишь только вскрывался Днепр, он с дружиною своей пускался в путь на быстрых ладьях, входил в реки, впадавшие в Днепр с правой и с левой стороны, подчинял своей власти жившие по берегам этих рек славянские племена и заставлял их платить себе дань.

(назад) 883 год. В этом году “примучил” Олег древлян: обложил их данью по черной кунице с дома¹.

(назад) 884 год. Пошел на северян, победил их², обложил легкой данью и не велел больше платить дани хазарам. “Я враг хазарам, а не вам”, — сказал он северянам.

(назад) 885 год. А в этом году послал Олег к радимичам запрос:
“Кому вы дань даете?”— “Хазарам”, — отвечали они. И сказал Олег: “Не давайте хазарам, мне давайте”. И стали давать Олегу по мелкой монете с сохи, как прежде давали хазарам. Так присоединил Олег к земле Русской кривичей смоленских, полян, древлян, северян, радимичей.

(назад) 902 год. Игорь достиг совершеннолетнего возраста, однако всюду следовал за Олегом и слушался его. В 902 году Игорь женился на псковитянке Ольге ³.

(назад) 903 — 906 годы.Оставил Олег Игоря в Киеве, сам же пошел на Грецию со множеством воинов⁴. В войске его были и варяги, и славяне.
      С этим огромным ополчением двинулся он на конях и на кораблях — сушею и водою. Одних кораблей было две тысячи. Подошел к Царьграду. Греки загородили гавань, затворили городские ворота.
       Вышел Олег с воинами на берег и стал воевать окрестности. Много воины его разрушили палат, пожгли церквей; людей одних забирали в плен, других убивали, кидали в море.
      “Натворили много зла, как всегда при войне”, — замечает Нестор. 
Потом велел Олег своим воинам изготовить колеса и поставить на них корабли. Поднялся попутный ветер, вздул паруса и... покатились корабли к городу! 
      Увидали это греки, испугались, послали к Олегу сказать: “Не губи города, дадим дани сколько хочешь”. 
      Остановил воинов Олег. Греки послали ему съестных припасов, вина. Но не принял даров их Олег, опасаясь, не отравлены ли они. 
      Греки совсем перепугались. 
      Олег велел грекам принести дани на две тысячи кораблей: по двенадцать гривен на человека, считая по сорок человек в корабле. 
      Принесли все это греки и стали просить мира, чтобы не воевал Олег Греческой земли. 
      Отошел немного Олег от города и стал рядиться о мире. Порядились. Кроме помянутой дани, дали греки еще немало “на города Олеговы”, — то есть для раздачи в городах, подвластных Олегу: в Киеве, Чернигове, Любече и других. Выговорил Олег и еще разные льготы купцам русским.
      Мир утвердили клятвой. Император греческий целовал крест. Олег же и воины его клялись, по русскому закону того времени своим оружием и главными богами своими: —громовержцем Перуном и покровителем стад Велесом⁵.
      Затем Олег велел сшить для варягов паруса паволочитые⁶, а для славян — паруса полотняные. И паруса принесли греки.
        В знак победы Олег прибил свой щит к воротам Царьграда, а затем двинулся в обратный путь. 
        Подняли варяги паруса Паволочитые, славяне — паруса полотняные. Окреп ветер и разодрал нарядные паруса. И сказали славяне: “Не по нас паруса полотняные, возьмемся лучше опять за свои — холщовые!”
        Вернулся Олег к Киеву с золотом, тканями, привез припасов, вина, всякого узорочья (драгоценностей). 
        Стали звать его люди “вещим” — колдуном. “Потому что еще невежественны были люди” — прибавляет Нестор. Уже в то время, более восьмисот лет тому назад, сомневался он в том, что колдовство помогло Олегу в удачном походе.

(назад) 911 год. Послал Олег в Царьград доверенных мужей заключить с греками письменный договор о прочном мире — договор, выгодный, конечно, для русских. 

      Текст этот приведен у Нестора целиком, начинается он так: “Первым словом, умиримся с вами, греки! Да любим, друг друга от всей души. Не дадим мы никому из подвластных светлых князей наших обижать вас, но потщимся, сколько можем, всегда и непреложно наблюдать дружбу к вам. Также и вы, греки, да храните всегда незыблемую любовь к светлым князьям русским и ко всем стоящим под рукою светлого Олега!..” 
      Затем говорится, как судить-рядить в случаях, когда по торговым или иным делам случится раздор, спор между греком и подданным Олега; как поступать с греческой ладьей, когда ее выкинет на русский берег; как поступать с наследством грека, умершего в русском городе, или русского, умершего в городе греческом, и о многом другом.
      Есть в договоре и такая статья:
 “Если при покупке невольников окажутся в Греции невольники-русские, или же в Руси — невольники-греки, невольников этих освобождать, взяв только заплаченную за них цену”. 
      В те времена почти все пленные, захваченные на войне, продавались в неволю.
      Подписали договор и скрепили его клятвою. Опять греки клялись крестом, варяги — оружием. 
      Когда Нестор рассказывает, как мужи Олеговы рядились в 906 году о мире под стенами Царьграда, когда говорит о мужах Олеговых, отправленных для переговоров в 911 году, он называет их по именам: Карл, Ингельд, Фарлаф, Веремуд, Рулав и другие. Все это — имена варяжские, не славянские. Ясно — первые князья окружали себя варягами, доверяли им. Славян же вообще не ставили на одну ногу с русью: “Руси паруса Паволочитые, славянам — полотняные”. 
       В дружину княжескую, в ближние люди к князьям русским славяне стали попадать позже, а там русь и вовсе слилась со славянами воедино. Руси было немного, славян — целые племена. И как теряются воды ручья, вливаясь в море, лет в полтораста русь затерялась среди славян, оставив нам только имя свое.

       Перед тем как отпустить с честью великой послов Олеговых, император греческий, дабы поучить их в вере христианской, приказал показать золоченые свои палаты и накопленные в них богатства, а паче всего — красоту церквей царьградских и святынь.
       Возвратились послы к Олегу и поведали, как велось дело, как установили договор, как обещали клятвой не преступать договора. 
       И стал Олег жить мирно в Киеве.

        Пришла осень. И вспомнил Олег о коне своем, которого когда-то не велел седлать себе, потому что на вопрос его волхвам и кудесникам “От чего предстоит мне умереть?” — один кудесник отвечал:
— Умрешь ты, князь, от коня, которого любишь и на котором ездишь.
        Олег подумал и сказал:
— Не сяду на него никогда, видеть его больше не стану! Велел он коня кормить, холить, а к себе не водить. Было это еще до похода Олега в Грецию. Так и не видал он коня своего несколько лет. Ходил на Царьград, вернулся, прожил в Киеве еще четыре года, а на пятый вспомнил о коне. Позвал старшего конюха:
— Где конь, которого я велел поставить на покой, кормить, блюсти?
— Умер, — отвечал конюх.
     Посмеялся Олег и с укором промолвил:
— Врут же кудесники! Конь умер, а я жив! Хочу видеть кости его! — прибавил он.
     Поехал на место, где лежали кости, слез с седла, ступил на голову коня.
— От этого лба, что ли, смерти мне ждать? — посмеялся он. Но из конской головы выползла змея и ужалила князя. Олег разболелся и умер.

1 В те времена главное богатство славян составляли меха, кожи, воск. “По кунице” — дань тяжелая. Куний мех считался дорогим.назад

2 По пути в Киев захватил Олег северский город Любеч; теперь же — всю землю северскую, которая до него платила дань хазарам.назад

3 В некоторых рассказах о жизни Ольги прибавляют, что она была дочерью незнатного, простого варяга. Игорь увидал ее на охоте, пленился красотой девушки и женился на ней.назад

4 Рассказ об этом походе очень напоминает былины. В нем явно много преувеличений. Несомненно, же одно: был поход, и поход удачный.назад

5 Варяги и славяне в войске Олега были язычниками. Можно догадываться, что в нем были уже и христиане, но их, во всяком случае, было еще немного.назад

6 Паволочитые — из паволоки. Паволока — дорогая привозная ткань, чаще хлопчатобумажная и шелковая.назад

К нязь Игорь

(назад) Год 913. Начал после Олега княжить Игорь. Древляне по смерти Олега затворились от Игоря (то есть, вероятно, не пустили к себе мужей его за данью).

(назад) 914 год. Пошел Игорь на древлян и победил.

(назад) 915 год. Печенеги впервые пришли на Русскую змлю и установили мир с Игорем.

(назад) 916 — 920 годы. Игорь воевал с печенегами.

(назад) 941 год. Пошел Игорь на греков. Болгары послали весть к императору греческому о том, что идет русь на Царьград в десяти тысячах лодок. А полчища Игоревы между тем уже пришли и приплыли в земли греческие.

Свирепы были русы. Они секли греков мечами, привязывая к деревьям, пускали в них стрелы, упражняясь в меткости, связывали руки и вбивали железные гвозди в голову. Много святых церквей предали они огню, много пожгли монастырей и сел и немало имущества и пленных забрали с собой.
   Но потом подошли войска греческие, произошла злая битва. Греки одолели. К вечеру воины Игоревы бросились в лодки и бежали.
   Но тут встретили их лодки греческие с огнем. Стали греки пускать трубами огонь на Игоревы лодки. Глядеть было страшно. Видя пламя, воины Игоря кидались в море, думая уйти. Спаслись немногие. Те же, кто возвратился, с ужасом рассказывали своим об огне с лодок:
— У греков, словно молния небесная, пускают ее и жгут нас. Потому и не одолели мы их.  

(назад)  944 год. Собрал Игорь еще раз множество воинов — варягов, славян, печенегов — и снова двинулся на греков морем и сухим путем. Хотел он отомстить.
    Услыхали о том жители города Корсунь, послали к императору Роману сказать: “Идет русь без числа, корабли ее море покрыли”. Послали весть к императору и болгары: “Идут русские, наняли к себе и печенегов”.      Услыхал это император, послал к Игорю лучших бояр. — Не ходи, говорит, возьми дань, какую брал Олег, я еще и прибавлю. Послал он и печенегам много паволок и золота.
    Игорь созвал дружину на совет и поведал ей послание императора. Дружина сказала Игорю:

(назад)  945 год. Послал греческий император Роман послов к Игорю уладить прочный мир. Переговорил с ними Игорь и отправил своих мужей к Роману. Роман созвал бояр и сановников. Вели они переговоры с русскими послами, и всё, на чем согласились, записали'.
    Потом прибыли послы Игоревы с послами греческими в Киев и поведали Игорю все речи императора Романа. Призвал Игорь греческих послов и спросил:
    — Скажите же, что приказал вам император?
Отвечали послы:
    — Послал нас император сказать, что миру рад. Он хочет жить с князем русским в мире и любви. Твоих послов наш император приводил к присяге сам, а нас послал принять присягу от тебя и мужей твоих.
    Обещал им Игорь сделать, как желает император. Призвал на другое утро послов. Пришли на холм, где стоял идол Перуна. Игорь, а с ним и все люди его — язычники — положили перед идолом оружие, щиты, золото и клялись соблюдать мир с греками. Христиан же приводили к присяге в церкви Святого Илии.   

    Послушал дружину Игорь, пошел за данью к древлянам. Взял первую дань. Не забыли себя и дружинники его. Пошли уже было в обратный путь, да передумал Игорь, говорит дружине:
    — Идите с данью домой, а я похожу еще.Отпустил большую часть дружины. Только с небольшой частью ее возвратился к древлянам, желая получить с них больше. Услыхали древляне, что он опять идет, рассудили с князем своим Малом:
    — Повадится волк к овцам, перетаскает все стадо, если его не убить. Так и тут: если Игоря не убьем, он всех нас погубит.
    Послали к Игорю, говорят:
    — Зачем опять идешь? Ведь ты уже собрал всю дань.
    Не послушал их Игорь. И выйдя из города Искоростеня, древляне убили Игоря и перебили тех немногих дружинников, что были с ним.
    Игорь был погребен. Могила его находилась у Искоростеня, в земле древлянской еще и лет полтораста спустя, при Несторе.

1Весь договор Игоря с греками вписан Нестором в летопись, так же как под 911 годом вписан бьш договор греков с Олегом. назад

Княгиня Ольга

(назад) 947 год. Ездила Ольга в Новгород и окрестные с ним земли. Ездила и по Днепру, и по притоку его Десне. По всему государству русскому строила она становища для людей своих, отбирала земли под свои охоты, вводила свои порядки, устанавливала оброки.
   Все устроила и возвратилась в Киев к сыну своему Святославу. Жила она с ним в согласии и дружбе.
   Так мирно прошло несколько лет.

(назад) В 957 году отправилась Ольга в Царьград. Правил там император Константин Багрянородный.
   Беседовал он с княгиней и дивился разуму и красоте ее. В конце беседы император сказал:
   — Достойна ты царствовать в Царьграде с нами!
   Она поняла его и отвечала:
   — Я язычница. А если хочешь крестить меня, крести сам, иначе не крещусь.
   И крестили ее император с патриархом. Просветясь, она радовалась.
   Патриарх поучал ее вере:
   — Благословенна ты среди русских, потому что возлюбила свет и оставила тьму! Благословят тебя сыны русские из рода в род! — прибавил он.
   И наставлял ее в церковном уставе, в молитве, в посте, учил творить милостыню. Она же, преклонив главу, стояла и впитывала его поучения, как губка впитывает в себя воду. Потом поклонилась патриарху со словами:
   — Народ и сын мой в язычестве; дай мне бог уберечься от всякого зла!
   Император Константин стал крестным отцом Ольги. Нарекли ее во святом крещении Еленою, в честь матери Константина Великого.
   После крещения позвал ее император и сказал:
   — Хочу взять тебя себе в жены.
   Она же отвечала:
   — Как же ты хочешь жениться на мне, если сам крестил меня и назвал своей дочерью? Сам знаешь — на то нет закона у христиан.
   — Перехитрила ты меня, Ольга! — воскликнул Константин, одарил ее богато: золотом, серебром, тканями — и отпустил с миром.  

   По возвращении в Киев Ольга начала уговаривать сына Святослава принять христианство. Но он пренебрегал словами матери, не слушал ее. Впрочем, кто хотел креститься, тому не запрещалось.
   Ольга же часто говаривала:
   — Сын, я познала Бога и радуюсь. Познаешь его ты и тоже возрадуешься.
   Он же отвечал:
   — Как приму новый закон один? Дружина моя смеяться будет!
   Ольга увещевала:
   — Если ты крестишься, то и все станут, то же делать.
   Но он не слушался матери, держался обычаев языческих.

1Енагнули два дерева, привязали Игоря левой ногой за одно, правой — за другое и затем деревья отпустили. Так и погиб Игорь есть рассказ, будто древляне — в ужасных муках. назад

2Почайна — небольшая речка под Киевом. Постоишь на Почайне значит постоишь перед Киевом. назад

Князь Святослав

(назад)  967 — 968 годы. Не успел Святослав отдохнуть в Киеве от походов на восток, как явилось к нему посольство от греческого императора Никифора Фоки просить помощи против дунайских болгар. Тридцать пудов золота обещал император дать Святославу за помощь.
   Святослав охотно принял это предложение. Он собрал большое войско до шестидесяти тысяч, — и вскоре русские ладьи явились на Дунае. Напрасно болгарское ополчение пыталось помешать русским высадиться на берег. Болгары были разбиты. Множество городов их было взято и разграблено, в том числе и Малая Преслава, или Переяславец, и сильно укрепленный Доростол².
   Святославу очень понравилось в Болгарии на Дунае: земля здесь была богатая, всего было вдоволь, положение выгодное, — с Византией и другими богатыми соседними странами шла здесь большая торговля. Не хотел Святослав уходить отсюда.
   А Русь в это время оставалась без князя. Пока Святослав проживал в далеком Переяславце, напали печенеги на Русскую землю. Княгиня Ольга затворилась в Киеве с сыновьями Святослава — с внуками своими Ярославом, Олегом и Владимиром.
   Обступили печенеги Киев, расположенный на правом берегу Днепра, большой силой, бесчисленной ратью. Нельзя было никому из города выйти, подать весть, просить о помощи. Люди в Киеве изнемогали от голода и жажды. Собрались подать помощь киевлянам жители левого берега; собрали рать, да стоит она на левом берегу, и нельзя пробраться никому ни от нее к Киеву, ни из Киева к ней.
   Затужили люди в Киеве, ищут, не найдется ли кого, кто добрался бы на левый берег и сказал рати: “Коли завтра не подступите, передадимся печенегам”.
   — Я пройду, — предложил один отрок.
   — Иди! — говорят ему.
   Он вышел из города с уздой и стал бегать между печенегами, спрашивая встречных:
   — Не видал ли кто моего коня?
   Он хорошо говорил по-печенежски, и те принимали его за своего. Подошел он так к Днепру, бросил платье и поплыл. Увидали это печенеги, бросились за ним, стали пускать в него стрелы. С левого берега выехали ему навстречу, подняли его на ладью и благополучно привезли к русскому войску.
   — Если не подступите завтра, хотят киевляне сдаться печенегам! — сказал он.
   Воевода Претич решил:
   — Надо подступать завтра в ладьях; попадем в Киев — увезем княгиню и княжичей. Не удастся нам это, — погубит нас Святослав!
   На другое утро, чуть свет, сели в ладьи и громко затрубили в трубы, а люди в городе радостно откликнулись им. Печенеги подумали, что вернулся князь, и побежали. Ольга с внуками и с людьми вышла к ладьям.
   Увидал это князь печенежский и один вернулся к воеводе Претичу.
   — Кто это пришел? — спросил он.
   — Люди с левого берега, — отвечал Претич.
   — А ты — князь?
   — Нет, я воевода его, пришел с передовыми людьми, а князь идет за мною. С ним дружины счету нет!
   Говорил так Претич, чтобы устрашить печенегов.
   — Будем же друзьями! — предложил князь печенежский.
   — Согласен! — отвечал Претич.
   В знак мира подали они руки друг другу. Печенег подарил воеводе коня, саблю, стрелы, а воевода дал ему броню, щит, меч.
   Отступили печенеги от города, однако стали неподалеку: коней негде было напоить киевлянам!
   Послали киевляне к Святославу сказать: “Князь, чужой земли ищешь и блюдешь ее, от своей же отрекся. Печенеги чуть не захватили Киев — вместе с твоей матерью и детьми. Печенеги и опять придут, если не вернешься. Пожалей наследие отцовское, старуху мать и детей своих!”
   Услыхал это Святослав и вместе с дружиной поспешно пошел к Киеву.
   Радостно обнялся князь с матерью, с детьми. Больно было ему видеть, каких бед наделали печенеги. Собрал он воинов и прогнал печенегов. Тем водворился мир.

   Однако уже в следующем, 969 году стал Святослав говорить матери и боярам:
   — Не любо мне в Киеве, хочу жить в Переяславце, на Дунае. Там — середина земли моей, туда со всех сторон свозят богатства: от греков — золото, ткани, вина, плоды различные; из Руси — меха, кожи, воск, мед, невольников; от соседей с полуночи — коней и серебро.
   — Ты видишь, что я уже больна, — отвечала ему Ольга. — Куда хочешь идти от меня? Похорони меня и тогда ступай куда знаешь.
   Она и действительно была очень больна, когда говорила это, и через три дня умерла. Много плакали по ней и сын, и внуки, и все люди. Похоронил ее бывший при ней священник по закону христианскому. Языческой тризны она по себе совершать не велела.

(назад) 970 год. Посадил Святослав старшего сына, Ярополка, княжить в Киеве, второго же, Олега, — княжить у древлян. Пришли к нему люди новгородские просить князя себе.
   — Если не пришлешь к нам князя, будем искать его себе сами в другом месте, — говорили они.
   — Хорошо. Если кто пойдет к вам! — сказал Святослав.
Ярополк и Олег отказались идти на княжение в Новгород.
   — Просите себе Владимира! — шепнул новгородцам воевода Добрыня.
   Владимир был сыном Святослава и ключницы Ольгиной, Малуши. Добрыня был брат Малуши, значит — дядя Владимира.
   Стали говорить новгородцы Святославу:
   — Дай нам Владимира.
   — Вот он! — согласился Святослав.
   И взяли новгородцы Владимира к себе. Поехал с Владимиром и Добрыня.
   Святослав же пошел к Переяславцу.
   Тем временем в Греции дела изменились. Император Никифор Фока был убит, и убийца его Иоанн Цимисхий завладел троном. Новый император был человек очень деятельный, предприимчивый; знал хорошо и военное дело. Понимал он, что Византии грозит постоянная опасность, если в Болгарии утвердится воинственный Святослав. Болгары тоже не хотели господства Святослава.

 (назад)  971 год. Святослав с дружиной подошел к Переяславцу, но в город болгары его не пустили. Они заперли ворота, а дружина их вышла навстречу Святославу. Завязалась великая сеча.
   Уже одолевали болгары, но Святослав обратился к воинам своим:
   — Пасть, так падем, но падем с твердостью, с мужеством, братья-дружина!
   И бросились русские на болгар с новой яростью. К вечеру одолел Святослав и взял город.

   Потом Святослав послал к грекам сказать: “Иду на вас, хочу и ваши города взять, как взял Переяславец”.
   — Не в силах мы совладать с тобой! — отвечали греки. — Возьми с нас дань на себя и на дружину свою. Да скажи, сколько вас, и мы дадим дани на каждого воина.
   Спрашивали это греки с хитрым умыслом.
   — Нас двадцать тысяч человек, — отвечал Святослав.
   Чтобы получить больше дани, прибавил он вдвое. Русских было с ним только десять тысяч.
   Греки дани не дали, а привели стотысячное войско. Увидали русские это множество воинов и убоялись, было. Но Святослав сказал:
   — Деться нам некуда! Волей-неволей надо биться. Не посрамим земли русской, ляжем костьми! Побежим — стыдно нам будет. Станем же крепко. Я пойду впереди. Если сложу голову, делайте что знаете.
   — Где ты свою голову сложишь, там и наши лягут! — отвечали ему дружинники.
И мужеством прониклись воины русские. Святослав одолел, греки бежали. И двинулся Святослав на города греческие, захватывая, опустошая их.

   Созвал император греческий вельмож своих на совет.
   — Его не одолеть! Что же нам делать? — спрашивал он.
   — Пошли к нему дары. Посмотрим, не польстится ли он на золото, на ткани.
   Послали к Святославу мужа мудрого с золотом и тканями и приказывают:
   — Гляди ему в очи, в лицо. Старайся разгадать мысли его.
Взял посол дары, пришел к Святославу. Доложили князю, что явились греки с поклоном.
   — Введите их сюда, — приказал Святослав.
   Вошли греки, поклонились ему, положили перед ним золото, ткани. А Святослав и не глядит.
   — Уберите! — говорит он отрокам своим.
   Возвратились посланные к императору. Опять созвал он вельмож. Перед всеми рассказывает посол:
   — Пришли мы к нему, отдали дары, а он и не взглянул на них, велел убрать.
   — Попробуем послать оружие! — предложил один из советников.
   Послушались его, послали Святославу великолепный меч и много всякого другого оружия. И как только принесли ему эти подарки, он принял их, стал любоваться ими, хвалить их и благодарить императора.
   Опять вернулись посланные к императору, рассказали, что видели.
     — Лют этот человек, коли на золото не глядит, а за оружие хватается! — заметили вельможи. — Заплатим ему дань.
   Послал император дань Святославу и велел сказать: “Возьми дани сколько хочешь, не иди на Царьград”.
   А Святослав уже совсем было подошел к городу.
   Дали ему дань. Он взял дани и на живых, и на убитых.
   — Сам убит, семье его пригодится! — говорил при этом князь.
   Так возвратился Святослав в Переяславец с богатой добычей, с большой славой.

   Много легло у Святослава народу за дальний поход. Увидал он, как мало осталось дружины, и подумал: “Пожалуй, заметят греки, как нас мало, перебьют дружинников и меня убьют! Пойду в Русскую землю, приведу дружину побольше”.
   И послал к императору греческому сказать: “Хочу жить с греками в прочном мире и в любви”.
   Император был в Доростоле. Услыхал он о предложении Святослава, обрадовался и послал князю еще больше даров.
   Принял дары Святослав, созвал дружинников и держал им такую речь:
   — Если не примиримся с греками да узнают они, как нас мало, обступят нас в Переяславце. Русская земля далеко. Кто нам поможет? Помиримся с императором. Он взялся платить нам дань, и довольно с нас. Если не станет платить дани, соберем на Руси воинов побольше и пойдем опять на Царьград.
   Понравилась эта речь дружине и послали русские к императору греческому лучших мужей. Пришли они в Доростол. Доложили императору об их прибытии, и призвал он их на другое утро к себе.
   — Пусть говорят послы русские: зачем пришли?
   — Прислал наш князь сказать, что хочет на будущее время жить в совершенной любви с императором греческим, — объявили послы.
   Обрадовался император и приказал писцу записать речи Святослава на хартию³. Русский посол стал говорить, что повелел ему Святослав, а писец записал:
   “Я, Святослав, князь русский, хочу иметь до конца века мир и любовь совершенную с великим царем греческим и со всеми людьми его. Обещаю именем всех сущих под рукой моей россиян, бояр и прочих людей, никогда не замышлять ничего против греков, не собирать моего войска и не приводить чужого войска ни на Грецию, ни на Болгарию. Если даже иные враги замыслят что-либо против греков, да буду их врагом. Если же я или люди мои не сохранят этих обещаний, да покарают нас боги, в которых веруем: Перун и Белее — покровитель стад! Да станем, желты, как золото, да будем иссечены собственным оружием! В удостоверение чего написали мы договор сей на хартии и собственные печати приложили”.

   Помирился таким образом Святослав с греками и пошел в лодках вниз по Дунаю и Черному морю, а затем вверх по Днепру в Киев. Подошли к порогам днепровским. Говорит князю воевода отца его, Игоря, Свенельд:
   — Князь, обойди пороги сухим путем: на порогах стоят печенеги!
   Но Святослав не послушался старого воеводы, поплыл дальше вверх по Дунаю в ладьях. А переяславцы уже послали сказать печенегам: “Святослав идет в Русь с большим богатством, добытым у греков, и пленных у него счету нет, а дружины с ним мало!”
   Услыхали это печенеги и заняли пороги.
   Пришел Святослав к порогам. Видит, пройти им нельзя, и остановился на зимовку при устье Днепра. Тут намаялись русские немало: есть, было, нечего, терпели голод.
   Наконец наступила весна 972 года, и Святослав двинулся дальше. В порогах, однако, напали на него печенеги. Завязалась жестокая сеча. Мало было у Святослава воинов. Одолели печенеги. Погиб Святослав. Из черепа его велел сделать печенежский князь Куря чашу, пил из нее на пирах и хвастался.
   Остатки дружины привел к Ярополку в Киев Свенельд.
   Святослав княжил двадцать восемь лет.
   Так рассказано у Нестора о походе Святослава

1Барс — хищное животное, с виду похожее на огромную кошку, как и тигр, леопард, пантера. Он силен, смел, его движения быстры, ловки, страшен он врагам. Потому летописец и сравнивает Святослава с барсом. назад

2Доростол — название болгарского города Силистра до конца XIV века. назад

3Хартия — важное письмо, документ. назад

Сыновья Святослава

(назад)  973 — 975 годы. Сын воеводы Свенельда, Лют, выехал из Киева на охоту. Гнался он за зверем и заехал в леса Олеговы, в землю древлянскую. Встретил его Олег, спрашивает:
   — Кто это?
   — Свенельдич, Лют, — отвечают ему.
   Олег убил Люта. Это убийство вызвало вражду между Ярополком и Олегом. Свенельд искал мести за сына и не переставал уговаривать Ярополка: “Пойди на брата, отыми у него землю его”!

 (назад)  976 — 977 годы. Пошел Ярополк на Олега, брата своего, в землю древлянскую. Вышел ему навстречу Олег. Сшиблись полчища их. Ярополк победил Олега. Побежал Олег с людьми своими к городу Овручу. Перед городскими воротами был ров, через ров перекинут мост. Стеснились люди Олеговы на мосту и в давке спихнули князя с моста. На него упало еще множество людей и коней. Так и раздавили его.
   Вошел Ярополк в Овруч — город Олега — и велел искать брата. Искали его и не нашли.
   — Я видел, как вчера столкнули его с моста, — сказал какой-то древлянин.
   Послал Ярополк снова искать Олега. Вытаскивали трупы изо рва с утра до полудня. Нашли, наконец, Олега в самом низу. Вынесли и положили на ковре.
   Пришел Ярополк, плакал над братом.
   — Гляди! Того ли ты хотел? — сказал он Свенельду.
   Похоронили Олега близ Овруча.
   Услыхал Владимир в Новгороде, что Ярополк сгубил Олега и захватил землю его, испугался коварства брата, бежал за море — к варягам. Ярополк послал своих посадников в Новгород и стал, таким образом, один княжить на Руси, как княжили и отец, и дед его.
   Однако через несколько лет, около (назад)978 — 980 годов, Владимир возвратился в Новгород с варягами и прогнал посадников Ярополка, приказав им сказать брату: “Владимир идет на тебя, готовься к войне!”

   Владимир решил приобрести себе союзника во владетеле полоцком. В это время в Полоцк' княжил Рогвольд.
   У него была дочь — красавица Рогнеда, незадолго до этого просватанная за Ярополка. Тот, правда, был уже женат на красавице гречанке, но у князей-язычников могло быть и по несколько жен.
   “Хочу взять Рогнеду себе в жены”, — послал сказать Владимир Рогвольду.
   Рогвольд отдал дело на решение дочери и спросил у нее:
   — Хочешь ли за Владимира?
   — Не хочу разуть сына рабыни², хочу за Ярополка, — отвечала Рогнеда. Отец не стал настаивать.
   Доложили Владимиру о речах Рогнеды. Владимир собрал войско: варягов, новгородцев, кривичей, чудь и напал на Полоцк. Рогвольд и два сына его погибли, а дочь Владимир взял себе в жены и двинулся на Ярополка.

   Подошел Владимир к Киеву. Ярополк не решился выступить против множества воинов его в открытое поле и заперся в Киеве с людьми своими и с воеводою Блудом.
   Владимир отправил послов к Блуду сказать: “Помоги мне и будешь жить в богатстве и почете”.
   Блуд отвечал послам:
   — Буду Владимиру приятелем.
   Затворился Блуд с Ярополком, льстил ему, а сам часто посылал весточки к Владимиру, наказывал, чтобы он приступал к городу. Искал воевода даже случая убить Ярополка, да опасался горожан. Тогда стал он давать Ярополку коварные советы.
   — Киевляне сговорились с Владимиром, — облыжно говорил), есть лгал) он князю, — зовут его, обещают выдать тебя. Беги из Киева.
   И послушался его Ярополк, убежал в город Родню, расположенный в устье реки Рось.
   Владимир занял Киев, а потом осадил брата в Родне, не пускал никого ни в город, ни из города.
   Наступил в Родне страшный голод, так что надолго на Руси осталась поговорка: “Приспела беда, что в Родне”.
   — Видишь сколько войска у брата твоего? — говорил князю Блуд. — Не побороть нам его. Мирись с ним.
   — Будь по-твоему, — решил наконец Ярополк.
   И послал Блуд к Владимиру сказать: “Приведу к тебе Ярополка”.
   Владимир, получивши весть, пошел на теремной двор и сел там с дружиной.
   А тем временем говорит Блуд Ярополку:
   — Ступай к брату и скажи ему: “Что дашь мне из наследия отцовского, то и возьму”.
   Один из ближних людей князя, Варяжко, предупреждал его:
    — Не ходи, князь, убьют тебя. Беги к печенегам, собери у них войско.
    Однако не послушал его князь, пошел к Владимиру. Но не успел войти в дверь, как два варяга пронзили его мечами. А Блуд еще запер дверь, чтобы люди Ярополка не ворвались вслед за князем своим.
   Так убит был Ярополк. Варяжко убежал

1Полоцк — город на реке Западная Двина, при впадении в нее реки Полоты. Известен с 862 года. назад

2По старинному обычаю, в первый вечер замужества молодая жена разувала мужа. “...сына рабыни...” — Рогнеда напомнила, что Владимир родился от ключницы Малуши. назад